Когда вечер шумит. На дорогах шелест. И свет тускло льет от фар и редких ламп.

Played 0 times.

Первый снег - лишь вода на асфальте.  чувство нереальности им лишь больше питается.

а слова.  вымирают.

Знаешь, если на утро ты еще помнишь сон - скорее всего эти образы останутся с тобой навсегда. Или, по крайней мере, очень надолго.

Так и искусные переборы на акустической гитаре этой молодой особы. Когнитивный диссонанс, казалось бы! - ведь гитара была едва ли не больше ее самой, настолько она выглядела миниатюрной.. но игра затмила прочие мысли. Меня, стоящего немного позади нее через плечо, наполнили звон и переливы. Ее пальцы ловко скакали по всем струнам.. В такие моменты глубоко сожалеешь, что не в силах запомнить впоследствии весь мотив.

Я удивительно быстро впустил на близкую психологическую дистанцию эту обворожительную веселую непосредственность. Что-то невероятно по-детски милое было в ней.. и будто тая глубоко внутри нечто взрослое и печальное. Оттого мне словно стыдно было за это внезапное обоюдное доверие перед ее соседкой-шатенкой, которая вела себя и выглядела куда традиционнее в своем неком настороженном спокойствии. Покуда мы уже ехали в трамвае, автобусе ли.

Они обе сидели напротив меня. Та исполнительница, легко вспорхнув, бухнулась на сидение все с тем же добрым взглядом.

С ее подругой мы заговорили о доме. Та протянула тетрадь с нашкрябаным карандашом странным сочетанием областей и районов где живет. Какая странность.. Это словно вело в никуда с неким конкретным местом, в непривычном почерке. Отчетливо разобрал и запомнил последнее название “Ахта”, потому что неоднократно встречал раньше “Ухта”, город на севере, через упоминания друзей и знакомых. И, усмехнувшись, озвучил ей мысли.

P.S. Оказывается Ахта действительно существует - то деревня в Башкортостане.

А я словно все еще в общем пути с ними. Очаровательно живой юной девушкой и ее наблюдательной темноволосой подругой.

Все что осталось мне - великолепные ноты, тепло общества и адрес в туманную неизвестность..